В Ленобласти отладили систему реагирования на выходы медведей: 15 решений о регулировании по 35 обращениям за два месяца

В Ленинградской области выстроена работающая схема реакции на выходы медведей к населённым пунктам. За два месяца в комитет по охране, контролю и регулированию использования объектов животного мира поступило 35 обращений граждан о реальных фактах выходов. По ним принято 15 решений о регулировании численности, 5 уже отработано. В ведомстве оценивают результат как хороший и подчёркивают: в населённых пунктах охота не ведётся.

Отдельная часть системы — работа охотников. Кандидат биологических наук, член Русского географического общества Павел Глазков объяснил ТАСС, что шатунами называют медведей, которые не могут уснуть: как правило, это больные животные — раненые, не нагулявшие жир, с незаживающей раной. В регионе у них часто обморожены лапы, потому что лапа бурого медведя не приспособлена к хождению по снегу. «Если зимой видят след медвежий, сразу все охотники мобилизуются, информируют, отслеживают. Так как они истощенные и выходят к помойкам, их нейтрализовывают», — рассказал биолог. Истощение снижает и саму угрозу: сил для нападения у такого зверя обычно не остаётся.

Разделение «лес» и «посёлок» здесь принципиальное. «Ленинградская область — лесной регион, медведи в ней — часть природной среды. И реальная проблема не в том, что медведи есть в лесу, а в том, что они выходят к населенным пунктам», — отметили в пресс-службе комитета. Здорового зверя можно случайно разбудить, например при рубке леса, но для него это не смертельно: он убегает и может безболезненно залечь снова, добавил Глазков.

Общий лимит на любительскую и спортивную охоту на медведя в Ленобласти — 729 особей. За два месяца с открытия сезона добыто 193 медведя, это 26,5% от сезонного лимита.