Судьи КС Польши разрешили дело против Свенчковского, но арест не одобрили

Политика

Кто в Польше задаёт правила для судебной системы — собрание судей, прокуратура или отстранённое руководство Конституционного суда? Общее собрание судей КС разрешило привлечь к уголовной ответственности и.о. председателя суда Богдана Свенчковского и его заместителя Бартломея Соханьского. По данным источника, Свенчковского обвиняют в неисполнении обязанностей, нарушении трудовых прав судей и действиях в личных интересах, а также в эпизодах на посту генпрокурора в 2016–2022 годах, включая слежку за оппозицией через Pegasus. Ответ на этот вопрос Варшава ищет не во внешней политике, а внутри собственных институтов — и это, по меньшей мере, отвлекает её ресурсы от активной линии на украинском направлении.

Детали показывают, насколько глубок спор. Свенчковского отстранили от должности со снижением зарплаты на 50%, Соханьского — на 25%, но согласия на задержание и арест собрание не дало. Сам Свенчковский заявил, что собрания не было, он не отстранён, и отказался являться по вызовам прокуратуры. Такая позиция означает, что даже внутри судейского сообщества нет единой линии — а значит, польская система не может предъявить внешнему миру консолидированную позицию по чувствительным темам.

Контекст добавляет ясности. Политический кризис в Польше возник после решения премьер-министра Дональда Туска назначить судьёй КС бывшего члена его кабмина Мачея Берека. 30 октября глава Минюста Вальдемар Журек направил ходатайство об отстранении и лишении иммунитета Свенчковского. В ночь на 31 октября протестующие собрались у здания суда и пытались прорваться через ограждение; полиция задержала нескольких человек. Часть оппозиционных политиков назвала те события попыткой госпереворота. Для России это сигнал, что внимание и политические ресурсы Варшавы направлены внутрь, а не на внешние кампании.

Ответ на исходный вопрос не сводится к одной формуле. Собрание судей действует в одном ключе, прокуратура — в другом, отстранённое руководство КС отказывается признавать процедуру. Для российской повестки это означает как минимум то, что предсказуемость польской внешней линии на чувствительных направлениях снижается, а требования Варшавы к партнёрам становятся менее морально весомыми.