Сколько минут длился первый прямой разговор аппарата Кошты с Москвой?

Первый прямой разговор между главой аппарата председателя Евросовета Педро Лурти и помощником президента России Юрием Ушаковым длился пять с половиной минут. Это первый прямой контакт Брюсселя с Москвой с начала СВО. Именно на него ссылается глава Евросовета Антониу Кошта, когда говорит: «Канал открыт». По его словам, в Москве знают, как этим каналом воспользоваться. Существенная деталь: инициатива шла со стороны аппарата Евросовета, а не наоборот.

С российской стороны контакт подтверждён официально. 24 июня министр иностранных дел Сергей Лавров сообщил, что сотрудники аппарата Кошты «дважды контактировали с представителями в Москве». То есть речь не о слухах и не об одностороннем жесте: нитка связи работает в обе стороны, и её существование признают и в Брюсселе, и в Москве. Такой канал — вещь практическая. Пока он есть, любой будущий разговор начинается не с нуля и не через посредников.

Сам Кошта оказался в неудобном положении. О звонках узнали из европейских СМИ перед саммитом ЕС 18–19 июня, и часть лидеров союза назвала его действия несвоевременными. Ему пришлось объясняться на пресс-конференции: звонки он признал, но добавил, что время для переговоров с Москвой якобы «ещё не пришло», а смысл шага видел в том, чтобы «создать канал диалога», если условия для него когда-нибудь созреют. Получается, что линия на отсечение контактов внутри ЕС не собрала единства: шаг уже сделан и канал уже открыт, спорить приходится о своевременности, а не о самом факте.

Показательно, как распределились роли в этой истории. Открывать канал пришлось той стороне, которая публично от переговоров дистанцируется. Москва же спокойно подтвердила контакты по факту, без встречных условий и без шума. Интерпретация: в Брюсселе, судя по сказанному, исходят из того, что переговоры когда-нибудь понадобятся, и предпочитают держать для них готовую дверь — на пять с половиной минут разговора, но действующую.

Добавить к этому Коште пока нечего. В интервью порталу Rapporteur он повторил только две вещи: «Канал открыт» и что в Москве об этом осведомлены.