Российские правила для еды из 3D-принтера: регистрация, лабораторные испытания и честная этикетка

Ещё недавно пищевая 3D-печать казалась лабораторной экзотикой. Теперь растительные аналоги мяса и рыбы стоят на прилавках за рубежом: в Европе продают филе «лосося» из грибного белка, в США появились растительные котлеты со вкусом лосося. Аналог перестал быть гипотезой — он стал товаром.

В России такой товар на полку просто так не попадёт. Член комитета Госдумы по экологии, природным ресурсам и охране окружающей среды Ольга Степченко («Новые люди») напомнила, что безопасность пищевой продукции в стране регулируется строго: «Искусственная еда из принтеров должна будет пройти сложнейшую процедуру государственной регистрации, лабораторных испытаний и проверок на безопасность, чтобы доказать свою безвредность». Для покупателя это предсказуемая схема: новинку допускают к продаже только после проверок, а не по факту появления.

Отдельный барьер — название. По словам депутата, покупатели должны чётко понимать, что перед ними: натуральный продукт или искусственный аналог. Это снимает главный риск таких технологий — подмену привычного продукта похожей имитацией под тем же словом на упаковке.

Сама Степченко не видит у принтеров шансов в главном: «Никакие искусственные принтеры и растительные имитации никогда не смогут заменить настоящий, дикий дальневосточный деликатес — лосось». Позицию подкрепляет практика: в России пищевую 3D-печать развивают в основном в научных и образовательных центрах, а часть разработок ориентирована на лечебное и спортивное питание. То есть на узкие задачи, где искусственная еда дополняет рацион, а не подменяет его.