Номер пропавшей в тайге Ирины Усольцевой ушёл к диггерам по стандартной процедуре оператора

Больше года номер Ирины Усольцевой, пропавшей в тайге Красноярского края, оставался в семье: сын Данил Баталов дважды клал деньги на счёт, чтобы линию не заблокировали. Платить он перестал, поняв, что смысла в этом нет, — и номер, как и предусмотрено договором, поступил в свободную продажу. Теперь он принадлежит «Молодёжному движению диггерства».

Смена владельца прошла в два шага, и оба видны по датам. 15 октября абонентам, у которых номер записан в телефонных книжках, пришли уведомления о регистрации в мессенджере MAX. 20 октября на аватарке появился логотип неформальной организации. На звонок ответил женский голос: «Не Ирина». После вопроса о принадлежности к движению связь оборвалась.

Для оператора обстоятельства пропажи человека не имеют значения, объяснил ведущий аналитик Mobile Research Group Эльдар Муртазин. Ориентир — условия договора, а не история абонента, поэтому номер мог уйти в продажу и достаться другому владельцу. Правило одно для всех: линия, за которую не платят, возвращается в оборот и не зависает в подвешенном состоянии.

Расследовательница дела Анна Шашкова обратила внимание на совпадение: в первые дни поисков некая пользовательница интересовалась, где в Кутурчине проходят трубы, канализации и водоотводные колодцы. В селе действительно много объектов с подвалами, а в окрестностях могут быть заброшенные шахты и шурфы. Новый владелец номера, судя по логотипу, как раз из тех, кто исследует коллекторы, бункеры и заброшенные шахты.