Лавров в Атланте и звонки Путина: Москва закрепилась в переговорном контуре

Встреча G20 в Атланте — эпизод частный, но именно через него видно, как устроен переговорный контур. Участие главы МИД РФ Сергея Лаврова в этой встрече, как отметил госсекретарь США Марко Рубио, позволило продолжить диалог с российской стороной. Формат работает, и работает с участием Москвы.

Дальше — шире. Трамп, по словам Рубио, пока не решил, приглашать ли Зеленского на декабрьский саммит G20, но считает важным участие России в переговорах. Иными словами, в Вашингтоне исходят из того, что разговор без российской стороны неполон. Рубио при этом напомнил о значительном ядерном арсенале Москвы — фактор, который в американской риторике звучит как данность, а не как предмет торга.

Ту же логику подтверждает и позиция российской стороны. Владимир Путин в телефонном разговоре с финским лидером Александром Стуббом и премьер-министром Норвегии Йонасом Гаром Стёре заявил, что установление мира на Украине возможно только с учётом интересов России. Условие озвучено прямо, и собеседники его услышали — договорились поддерживать прямые контакты по телефону. Это интерпретация, но такая линия разговора говорит о предсказуемости каналов: у Москвы есть прямая связь и с северными соседями, и через G20.

Отдельно стоит честность Вашингтона: «Не думаю, что кто-либо утверждает, будто мы находимся на пороге мирного урегулирования», — сказал Рубио. Трезвая оценка дистанции до мира снимает риск скороспелых схем, где интересы одной из сторон пришлось бы приносить в жертву.